Проект регионального общественного движения "Культура и Здоровье"

«50 оттенков серого»: так ли страшно садо-мазо, как его малюют

Фильм

Фильм «50 оттенков серого» выходит на экраны

Итак, дождались: в четверг, 12 февраля, на всех экранах страны самая ожидаемая премьера 2015 года – фильм «Пятьдесят оттенков серого» (Fifty Shades of Grey) режиссера Сэм Тейлор-Джонсон по мотивам трилогии британской писательницы Эрики Леонард Джеймс.

Скандальный роман, получивший неофициальный статус «порно для мамочек», полюбился также студенткам и девочкам-подросткам, а первая часть трилогии «50 оттенков серого» стала самой продаваемой книгой, обогнав по популярности даже «Гарри Поттера».

Естественно, произведение о садо-мазо отношениях юной девственницы и загадочного миллионера не могло оставить равнодушными радетелей о нравственности: Эрику Джеймс обвиняли не только в безнравственности, но даже в том, что из-за ее произведения якобы ухудшилась статистика венерических заболеваний.

В преддверии премьеры фильма в России местные борцы за нравственность тоже не остались равнодушными и заранее постарались максимально увеличить будущие кассовые сборы «Пятидесяти оттенков серого».

 

Фундаменталисты против порнографии

Фильм атаковали сразу с нескольких сторон. Первыми традиционно выступили православные активисты.

Застрельщиками стали кубанские радетели за нравственность – активисты «Православного союза» из Краснодара попросили Генпрокуратуру оценить законность выдачи Минкультом прокатного удостоверения фильму «50 оттенков серого», а также проверить произведение на наличие признаков порнографии. А поскольку запретить фильм без решения суда невозможно, православные потребовали показывать «50 оттенков» только после полуночи, а билеты продавать исключительно по предъявлению паспорта. С регламентацией времени показа ничего не получилось, но кубанские кинотеатры пообещали неукоснительно соблюдать рекомендованные возрастные ограничения (фильм имеет маркировку «18+»).

Православных поддержали правоверные мусульмане, и они таки добились своего – в Чечне и Ингушетии фильм к показу запретили. Точнее,  не запретили, а прокатчики сами неожиданно «догадались», что фильм ну совершенно не будет пользоваться успехом у жителей региона, поскольку не соответствует «местному менталитету» и может даже вызвать массовое возмущение из-за своей аморальности.

 

Морально или аморально

Федеральное агентство новостей обратилось к президенту Института психологии и сексологии профессору Льву Щеглову с вопросом: может ли навредить обществу просмотр фильма, который кто-то счел «безнравственным»?

— Ну, мы с вами фильма еще не видели, поэтому судить о нем рано, — отметил профессор Щеглов. – Роман я, конечно, читал. Что касается разговоров о «безнравственности» фильма, который еще никто не видел, то я думаю, что эта история является частной характеристикой процесса, который, к сожалению, всё больше охватывает наше общество. Слово «нравственность», как и многие другие понятия, совершенно заездили, абсолютно исказив его смысл.

На мой взгляд, нравственность страдает, скорее от отсутствия справедливости: когда человек видит, что верхушка занимается воровством, когда человек видит беспредел чиновников. Нравственность разрушается, когда депутат кричит о патриотизме и честности, а его дети за рубежом, а сам он владелец «дворцов и пароходов». Вот в этом, мне кажется, таится очень большая угроза нравственности.

А если взрослому человеку покажут вплоть даже до деталей взаимоотношения мужчины и женщины, естественно, если это в рамках закона, то у взрослого человека нравственность не пострадает ни на миллиметр. Для ребенка, для несовершеннолетнего это, скорее всего, недопустимо. Ну, так я думаю, это будет ограничено – фильм ведь, насколько я знаю, «18+». Поэтому никаких угроз никакой пресловутой нравственности я не вижу, — отметил Лев Щеглов.

 

Феминистки против Гоши (он же Гога)

Оказывается, российские феминистки, так же, как и их зарубежные подруги, тоже недовольны показом фильма «50 оттенков серого» и собираются его бойкотировать. Представительницы феминистского движения считают, что в романе «50 оттенков серого» пропагандируется домашнее насилие и романтизируются нездоровые отношения, унижающие женщину.

Вот что рассказала агентству НСН писательница-феминистка Мария Арбатова.

«Я фильм «50 оттенков серого» смотреть не буду. Любая акция, связанная с защитой жертв бытового или сексуального насилия, достойна поддержки и внимания. В России от домашнего насилия погибают 13 тысяч женщин ежегодно, а сексуальное насилие настолько безнаказанно, что по опросам каждая вторая женщина была его жертвой в той или иной форме. Я — человек абсолютно жесткий идеологически. Я считаю, что Набоков опозорил себя «Лолитой». Показывать «Девять с половиной недель» или «Последнее танго в Париже» неприемлемо. Это глубокое снижение гуманитарной нормы», — отметила Арбатова.

Косвенно кстати эту точку зрения поддерживают и люди, имеющие отношение к культуре БДСМ. «Афиша-Город» приводит любопытное мнение московского «мастера бондажа» по имени Alek Zander:

«Я вообще не люблю дамских романов, пусть и порнографических. А «Пятьдесят оттенков», безусловно, относится к жанру дамского романа. Причина же популярности подобных доминантно-сабмиссивных /романов/ такая же, как и 35 лет назад: женщинам нравится, когда приходит слесарь Гога, он же Гоша /герой фильма «Москва следам не верит»/, и всё за них решает на том простом основании, что он мужчина. Нравится это женщинам преимущественно в мечтах, книжках и кино, поскольку в реальной жизни за все приходится платить — и по эту сторону белой простыни тот, за кого решают, внезапно становится обслуживающим персоналом», — считает «мастер-доминант».

 

Не бойтесь странностей любви

Федеральное агентство новостей попросило профессора Льва Щеглова прояснить этот аспект книги (а значит, возможно, и фильма).

— Не кажется ли вам, что «50 оттенков серого» может создать у юной девушки иллюзию, что она любовью и терпением сможет перевоспитать деспота, домашнего тирана, маньяка, и тем самым она сама запрограммирует себя на роль жертвы? – спросил корреспондент ФАН.

— Мы ведь сейчас ведем речь не о романе, а о фильме, который к тому же еще не видели, — напомнил Лев Щеглов. — Фильм – это ведь не буквальный пересказ книги. Это самостоятельное произведение. Этот сюжет ведь можно преподнести как чистую историю о странностях любви. Потому что в каждой истории любви есть элементы, близкие к доминированию и подчинению. Персидский поэт Саади говорил: «Любовь – есть боль». Значит ли это, что он призывал к садизму?

Любую историю надо рассматривать конкретно. Элементы такого рода отношений есть в отношениях многих людей. Поэтому роман «50 оттенков серого» и получил свои какие-то фантастические миллионные тиражи.

Если речь идет о каком-то конкретном «маньяке», то есть, о преступнике, садисте в буквальном смысле – то есть, там, где есть насилие, кровь, страдание жертвы – то такие вещи, конечно, недопустимы. И вообще это уже вопрос для криминалистов.

Но «50 оттенков серого» — это всё-таки история, прежде всего, любви, хоть и со странностями. Но у нас очень много людей, отличающихся друг от друга. Для этого во всех цивилизованных странах существует один критерий – закон. До тех пор, пока ты не нарушаешь закон, — ты не преступник. Всё.

Садист завлекает к себе женщину, потом начинает ее щипать, потом начинает ее резать, и кровь на потолке – это одна история. А человек с несколько болезненными влечениями, который свою возлюбленную просит: позволь мне шелковым шнуром тебя связать, я гарантирую, что ничего кроме этого не будет, позволь, ты будешь обращаться ко мне «господин» и т.д. – это всё таки момент игровой, момент неподсудный. Каков на самом деле будет фильм, я не знаю. Поэтому давайте дождемся премьеры, а потом еще поговорим на эту тему, — предложил профессор Щеглов.

 

Елена Янкелевич