Проект регионального общественного движения "Культура и Здоровье"

Гомосексуальные браки. Интервью с профессором Л.М.Щегловым

Как сообщили СМИ несколько дней назад, на всей территории США легализованы гей-браки и сейчас в очередной раз эта тема стала объектом внимания общества. На наши вопросы о гомосексуальных браках ответил президент Национального института сексологии, доктор медицинских наук, профессор Лев Моисеевич Щеглов:
 
 

— Вы, несомненно, работали с людьми с нестандартной ориентацией — как Вы думаете, у них есть именно психологическая потребность в том, чтобы вступить в брак, или, скорее, такое решение вызвано социальными причинами?

 

 

— У них есть и социальная, и психологическая потребность. Если говорить с точки зрения научной сексологии (я настаиваю на этом определении), то благодаря генетикам нам известно, что в подавляющем большинстве случаев (дальше я поясню, почему не в 100%) гомосексуалистами и лесбиянками не становятся, а рождаются, это непреклонный факт. Что бы ни говорили всякие попы, всякие, якобы, знатоки… Этот факт заставил громадную, суперавторитетную, практически международную Американскую ассоциацию психиатров в 1973 году жёстко настаивать на том, что гомосексуальность – это не болезнь, а именно некий вариант ориентации. Если такими люди рождаются, то для светских, а также для по-настоящему верующих людей, каковых сегодня очень мало, это непреложный факт: таковым человека создаёт природа или, если угодно, Господь. Эти люди испытывают потребность в любви ровно такую же, как и гетеросексуалы. Там есть и банальные временные связи, и проституция, и глубокие чувства, когда люди хотят быть вместе, хотят иметь некие юридические и финансовые гарантии во всяких сложных жизненных обстоятельствах. Другое дело, что, конечно, в странах, где они подвергнуты обструкции, презрению, а иногда и открытой ненависти, естественно эта потребность приобретает у них иногда вычурные черты. Отсюда излишняя деятельность активистов, настаивание на странных для нас гей-парадах и так далее — в определённой степени это уже психология преследуемых. Если бы на протяжении ряда веков всех рыжих травили бы, они бы обязательно объединились и, возможно, иногда их деятельность носила бы излишний характер. Но у них есть потребность в любви, потребность в юридически-финансовых последствиях семейной жизни (а брак это, прежде всего, юридически-финансовый институт). Пожилой, а иногда и старый человек, желает, пользуясь теми или иными законами страны в которой он живёт, обеспечить будущее жены, детей и внуков. Подобные желания свойственны и геям. Научное сообщество считает, что геев примерно (примерно — потому что статистика затруднена, люди и стесняются, и побаиваются иногда открыто говорить о своей ориентации) 4-6 %. Условные пять процентов — это вроде бы, мало, а на самом деле — это миллионы людей. Посему брак у них — ровно та же история, которая давно санкционирована для остальных 95%. Поэтому я не вижу ничего фантастического, угрожающего и страшного в том, что им позволено теперь на территории всех Соединенных Штатов фиксировать брачные отношения.

 

 

— Как Вы относитесь к усыновлению людьми, состоящими в однополом браке?

 

 

— В отношении усыновления-удочерения у меня не настолько конкретно сформулированные взгляды. Объясню почему. В обществах, условно говоря, толерантных (хотя у нас сегодня пытаются это слово превратить в издевательство и опорочить) никаких проблем для этого не существует. Потому что если я, например, к сожалению, инвалид и у меня одна нога, то в тех обществах, где мне все помогают, улыбаются, сделаны все пандусы, для меня нет никаких ограничений, и я участвую даже в спортивных соревнованиях – это одна история. А в обществах, где инвалид – это выкинутое ничтожество (как в свое время после войны Сталин вышвырнул всех инвалидов на Валаам и Соловки, чтобы они не портили вид Москвы, Ленинграда и прочих крупных городов) – это история совсем другая…Посему, если где-нибудь, условно говоря, в Нидерландах, Германии, Англии или Франции два папы воспитывают ребенка – я проблем не вижу. Некоторые демократии стараются учесть и те 5 % людей, которые в жёстких социальных структурах принято либо игнорировать и держать в узде, либо подвергать санкциям, вплоть до уничтожения. Если резко разрешить усыновление в нашей стране – будут колоссальные проблемы, потому что общество не терпимо, не толерантно, этого ребёнка во дворе или в школе просто будут душить смешками, непониманием. Я считаю, что лучше два любящих папы чем мать-олигофреничка, не понимающая в воспитании, и отец-дикий хронический алкаш, который периодически бьёт всех смертным боем. Но в нашем сознании это – традиционная семья, а то, о чем мы говорили – это ужас и кошмар. Посему сегодняшней России усыновление и удочерение гомосексуалистами может принести только больше проблем. А толерантным странам, которые условно считаются, якобы, нашими противниками, это никаких особых проблем не приносит.

 

 

— Не будет ли у ребёнка проблем при создании собственной семьи?

 

 

— По логике — нет, генетическую составляющую невозможно перебить: невозможно вас или меня заставить стать гомосексуалистами. Другое дело, предположим, подросток с неустойчивой психикой, подросток, очень зависимый от  моды, какой бы она ни была… Да, он может какое-то время, говоря научным языком, экспериментировать. Даже он вернется в лоно того, кто он есть по сути. Конечно же, нельзя сказать, что на этом пути нет никаких проблем.

 

 

— Как Вы считаете, легализация однополых браков способствует снижению напряженности в обществе или, напротив, она обостряет противоречия?

 

 

— В тех странах, которые характеризуются низким уровнем агрессии, желанием понять и принять человека, отличающегося и прической, и походкой, и вкусом, и, может быть, даже некими пристрастиями (если это в рамках закона), легализация должна быть каким-то образом осмыслена и принята. В тех же странах, где, условно говоря, царит жёсткость взглядов, причем неоправданная, ненаучная, где разлита агрессия: «Либо ты будешь как я, либо я топором дам тебе по голове!»… В тех странах, где зачастую общественным сознанием манипулируют, отвлекая внимание людей от дорожающей жизни и привлекая его к каким-нибудь геям, очкарикам или еще кому угодно — да, в этих странах легализация может вызывать подъем и так существующих ненависти, неприятия и агрессии.

 

 

Не следует забывать: все, что натворил господин Адольф Гитлер, начиналось не с цыган, не с евреев и даже не с коммунистов, а с колоссального преследования гомосексуалистов, которых Гитлер предполагал уничтожить в Третьем Рейхе полностью. Итог его деятельности нам известен.

 

 

Беседовала Юлия Смирнова

Щеглов Лев Моисеевич

 

доктор медицинских наук, профессор, президент, Национальный институт сексологии

Редакция «Психологической газеты»13.07.2015